Значение театральной школы

Значение театральной школы Н.В. Демидова для современного театра

Школа Николая Васильевича Демидова (1884-1953), ученика и ближайшего соратника К.С. Станиславского, основана на традициях русского реализма и в то же время является революционной по своей сути. Она воспитывает в актёре технику интуиции и вдохновения и ведёт его к театру сильных эмоций, к театру трагедии. Даже такой поборник правды и переживания на сцене, как Константин Сергеевич Станиславский, мог в минуту слабости сказать актёру: «Я всё больше и больше понимаю, что Шекспира можно играть пять, десять минут на чувстве, всё остальное – на технике» [Рубен Симонов. Творческое наследие. М., 1981. С. 287].

Вы никогда не услышите подобного заявления из уст Демидова. Сама мысль о том, что внутренняя техника может «отказать» актёру и ему придётся воспользоваться исключительно техникой внешней, была для Демидова неприемлема. Школа его рассчитана на безотказное действие интуиции и гарантированное «сошествие» на актёра творческого вдохновения. Этому обучает Демидов студентов-актеров с первых шагов.

Средства для того, чтобы поддерживать в себе технику вдохновения (демидовские гаммы), позволяют актёру сохранять её в течение всей своей карьеры. Демидовым же разработан процесс создания «живого спектакля», способного обновлять себя изнутри – каждый вечер, при каждом повторении. Современный театр, а в особенности русский классический театр – театр правды, душевной глубины и высокой эмоциональности – получил в лице Демидова педагога и режиссёра, сумевшего подвести под его идеалы

органическую внутреннюю технику. Вот почему современному театру необходимо практическое овладение школой Демидова. Ведь, несмотря на его открытия, в сегодняшнем театре и кино роли по-прежнему часто разрабатываются или механически выстраиваются из тщательно спланированных и отрепетированных «кусков». Такое «построение» образа, вплоть до выстраивания сиюминутной психологии и поведения персонажа, является в корне противопоказанным актёрам-художникам, которые стремятся к истинному и живому в искусстве. Демидов в своих книгах доказал, что актёр никогда не будет вполне убедителен при выполнении навязанного ему (режиссёром, а зачастую и самим собой) механического рисунка роли. Ведь изначальный зародыш роли, заложенный в актёре, если дать ему развиться, приведет впоследствии к небывалому богатству художественных проявлений. Роль, созданная таким органическим путем, будет гораздо богаче, глубже и выразительнее, чем интеллектуально сконструированный образ с его раз и навсегда закреплённым поведением. Причина, по которой образ и поведение не могут быть успешно разработаны вне фактического внутреннего состояния актёра, состоит в том, что инструмент актёра – живой. Реальные  сихологически процессы, неизбежно происходящие с актёрами во время репетиции и спектакля, нельзя игнорировать. Разработанный рисунок роли не может быть наложен поверх фактической внутренней жизни актёра. Мы должны обеспечить совпадение психологического рисунка роли с органической внутренней жизнью актёра. Такая тактика в демидовской практике приводит к тому, что воображаемая жизнь персонажа вбирает в себя фактическую жизнь актёра, приводя к подлинному перевоплощению.

Преимущество подсознательно сформированного образа неоспоримо; такой образ является близким авторской концепции и в то же время выражает неповторимую индивидуальность актёра. Такой образ представляет собой единственно возможное сочетание творческих чаяний актёра и автора пьесы. Что касается внутренней техники, то задача режиссёра, по Демидову, не имеет ничего общего с «построением образа»; напротив, их задача – способствовать здоровому развитию эмбриона роли в актёре. Такая задача вовсе не умаляет значения режиссёра, но, напротив, помогает ему выявить свою собственную индивидуальность с предельной яркостью. Но происходит это не помимо актёра, а через актёра и вместе с актёром. Именно поэтому основной целью Школы Демидова является формирование у актёров одного их самых важных профессиональных качеств, необходимых для гармоничного воплощения их интуитивных творческих желаний – творческой свободы. Это качество, развитое до предела, приводит к тому, что актёр начинает беспрекословно слушаться собственных спонтанных творческих импульсов, свободно реагируя на предлагаемые обстоятельства роли, на поведение партнёров и т.д.

Внедрение в психологическую практику ежедневных психологических «гамм» - поистине новаторское достижение Демидова. Эти гаммы позволяют актёру, впервые в практике профессии, содержать в состоянии боевой готовности свою внутреннюю технику. Гаммы как таковые, до Демидова, принадлежали музыкальному искусству, в то время как даже такие мастера, как Станиславский, могли только сожалеть, что в области внутренней актёрской техники не существует упражнений, аналогичных музыкальным гаммам. Основной акцент в демидовских гаммах, а также в его текстовых этюдах, падает на заострение творческого восприятия актёра, на выработку рефлекса «первой, непосредственной реакции» на предполагаемые обстоятельства роли. Школа Демидова тренирует и стимулирует механизм сценического восприятия – творческий «вдох» актёра. Эта позиция недостаточно развита или же просто отсутствует во многих методах обучения актёрскому мастерству.

Уникальные способы выработки творческой свободы как основного актёрского качества также введены Демидовым в актёрскую практику впервые. Демидовская свобода приводит к творческой импровизации в рамках обстоятельств пьесы и авторской концепции образа. В демидовской импровизации качество свободы вырабатывается на занятиях и поддерживается за счёт гамм. Импровизационность при этом не страдает от того, что осуществляется в строгих рамках предлагаемых обстоятельств роли и спектакля, речь идет в частности о мизансценах, сценографии, освещении и т.д. В то же время демидовские актёры с одинаковой лёгкостью способны импровизировать в замысловатом узоре мизансцен, приспособлений и красок заново на каждом спектакле, при этом оставаясь верными сущности данной сцены, пьесы и образа. Демидовская импровизация потому никогда и не расходится со смыслом пьесы, что школа Демидова учит актёра, как укреплять в себе самую сущность пьесы и образа и импровизировать, исходя из этой сущности. Укрепление сущности образа и обстоятельств пьесы достигается Демидовым за счёт «накопления» образа и метода «неточного повторения». При применении этого метода игра актёра продолжает пополняться новыми нюансами и деталями, обновляясь при повторении. 

Демидовский метод «обеспечивает» уникальную возможность доступа к сильным эмоциям. Демидовский метод «психического дыхания» незаменим для работы над Шекспиром, Чеховым и другими классиками мировой драматургии. Этот метод, основанный на подсознательном (неаналитическом) восприятии, позволяет творческому впечатлению достигать глубоких слоев психики актёра. Метод психического дыхания, созданный на основе профессиональных тайн великих трагиков XIX и XX столетий, способен научить сегодняшнего актёра технике свободного полёта в высочайших эмоциональных сферах, свойственных классической драме и трагедии. Казалось бы, навсегда утерянная техника таких великих мастеров- трагиков, как Павел Мочалов, Элеонора Дузе, Мария Ермолова и Сандро Моисси, тщательно воссоздана в школе Демидова.

Школа Демидова настолько гармонична и радикальна по своей сути, что сложно ставить её в широкий театральный контекст. Параллели, которые можно просмотреть между Демидовым и его современниками, зачастую основаны на внешней схожести идей или приёмов. Выявить глубинную сущность таких параллелей, а зачастую и отсутствие таковых – дело нелёгкое.

Демидову потребовалось около десяти лет для того, чтобы разработать и, разрабатывая, освоить свою педагогическую технику. Этому предшествовали десять лет экспериментов. Совершенствование этой техники заняло ещё двадцать лет и оборвалось лишь со смертью Демидова. Мы, сегодняшние педагоги школы Демидова, зачастую совершаем ошибки, которые стоит отнести скорее к нашему неумению, чем к демидовской технике. Вот почему труд осмысления школы Демидова на данной стадии нашего знакомства с ней – очень нелегкий.

Школа Демидова выходит за рамки скрупулёзно разработанного и досконально описанного в книге «Искусство жить на сцене» этюдного подхода к воспитанию студента-первокурсника. Демидов применял принципы своей школы и к работе над отрывком, и к процессу зарождения и становления роли, и к репетиционной работе, и к процессу творческой жизни актёра в спектакле. Помимо того Демидов разработал и наметил методы совершенствования внутреннего инструмента актёра, обогащения его творческой индивидуальности. (Не надо забывать, что цель Демидова – воспитание «аффективного актёра» или актера-трагика.) Там, где современные ему деятели театра зачастую видели проблему воспитания

актёров-трагиков в развитии внешнего мастерства (голоса, ритма, движения, жеста), Демидов шёл к цели другим путем. Нисколько не отрицая необходимость работы над внешним аппаратом, он видел суть трагического темперамента в том, чтобы путем тренировок ввести актёра в особое психофизическое состояние, способствующее предельной душевной чуткости и внутренней открытости. И все же Демидов утверждал, что без постоянного возвращения к этюдам как к основе воспитания и поддержания творческого состояния актёра, немыслимо искусство театра переживания.

В своей работе автор зачастую прибегает к опыту и высказываниям актёров и режиссёров – представителей направления в искусстве, которое можно назвать диаметрально противоположным демидовскому.

Удивительно, что высказывания их не идут в разрез с демидовскими идеями, даже в тех случаях, когда практика этих деятелей театра, казалось бы, доказывает обратное. Это свидетельствует о том, что все крупные художники театра, независимо от их направления, тоскуют по идеалу правды и творческой свободе актёра на сцене. Демидов добивался осуществления этих идеалов на деле – в своей педагогической и театральной практике.

Именно поэтому опыт школы Демидова так важен для сегодняшнего театра!

Андрей Малаев-Бабель

© 2018 АНО "Три Поколения" Наши партнеры: Администрация г. о. Пущино Семейный центр - Три Поколения OOO Анапа Море Российский Государственный
Институт Сценических Искусств Фонд Президентских грантов Информационное агентство - Росбалт Газета Пущинская среда

Main Menu